|
|
|
|
|
| Проглоченный коньяк кипел под |
Проглоченный коньяк кипел под черепом теплым плеском ритмичных волн.
* * *
Когда наутро санитары отвезли в крематорий черный неподвижный грузовик,
бросая тела в печь, среди трупов большевиков они заметили труп белого
офицера в мундире с погонами. По крайней мере все теперь просто и ясно. П'ан Тцян куэй
вместе с другими несколькими рабочими был арестован и доставлен в полицию. Не пройдет и двух дней, как провиант аккуратненько,
честь честью доставят нам через кордон, Таково, товарищи, мое мнение. Горького. Каждое утро душный
набитый вагон дачного поезда. В известной степени чума была даже полезна. Впервые напечатан в органе
Французской коммунистической партии "Юманите" в 1928 году.
Голод. Это не
меняет сути дела. Далее
|
| Я видел одного из ваших зачумленных | Я видел одного из ваших зачумленных буржуа.. Высеченного П'ана отец Доминик поставил на колени лицом к стене.
Добре. Пока евреи не
отгородят себя сызнова непроницаемой стеной от всего, что нееврейское, до
тех пор их будет пожирать зараза, а ангел смерти не покинет их порогов. Белые сугробы на баржах росли с
каждой минутой.. Малах гамавет34 вошел в наши дома, и дверей наших
не защитила мезузе35.
Интересно знать, какого рода комбинацию преследует наш глубокоуважаемый
коллега Лингслей, бросило вскользь одно из кресел. Ну, р раз его!
По направлению к воздушному шару одна за другой вылетали в небо стройные
ракеты снарядов.
Вы ошибаетесь, коллега, ответил сухо мистер Давид. Далее
|
| Отвезли в шанхай в гимназию
|
Отвезли в Шанхай в гимназию.
И тут П'ану стало ясно, что все пропало, что его запирают в белый
прохладный погреб, что не увидит уж он никогда дребезжащих колясок,
длинных стеклянных вагонов, пестрых, цветных ящиков дяди Чао Лина,
сказочных черных паланкинов на бесшумных одутловатых колесах, и он
расплакался громко, по детски, навзрыд, и плач его долго передразнивали
длинные белые коридоры.
И по ночам, украдкой, в часы, свободные от служебных занятий, заносил он в
толстую тетрадь собранные за день известия, приводя в порядок и пополняя в
изобилии наплывающие документы.
Это не могло никак уместиться в голове мистера Давида, и его мысль,
привыкшая вращаться во всех социальных широтax, как в своем личном
кабинете, ударялась об это лбом, как о неопределенную стену.
Создавайте нелегальные комитеты на заводах, на транспорте, в деревне и в
армии.
Съел жадно, облизывая пальцы.. И поделом. Далее
|
| Да так чтобы можно было | Да так, чтобы можно было высказаться
посвободнее. Я его доставлю, хмуро сказал
товарищ Лаваль. Коммунистов ненавидел каждым
квадратным сантиметром своей огрубелой кожи. Мануфактурщик Ешия и шапочник Сендер принялись собирать для
молодой приданое. Самое позднее завтра умру. Незнакомый мир вещей, которые не
нужно заработать: низкая удобная койка под нависшим балдахином потолка,
утром и вечером судок горячей гущи супа, приправленного ломтем хлеба. Очкастый лимон посвящал детей
богатых купцов в сокровенный смысл загадочных знаков.. Отчаянный
водоворот и крик.
Но шамес рассказывает неохотно и целые дни и вечера проводит под боком
ребе. Понятно, что при выборе наших соотечественников,
которых мы вывезем из Парижа, чтобы вернуть их Америке, мы будем
руководствоваться не количественным, а качественным признаком. Далее
|
| В ярком свете прожекторов | В ярком свете прожекторов перепуганные
крестьяне, выпачканные в муке, кропотливой толпой муравьев тащили в
пловучие муравейники барж тяжелые грузы.
В маленьком китайском ресторане было в это время людно; нечего было и
думать о том, чтобы найти свободный столик.
Товарищ Лекок захлебнулся раздраженным кашлем.
Но холодные, ясные слова синеблузников росли симметричными кирпичами, и в
словах тех не было злобы, не было тупой всеуничтожающей ненависти, а лишь
твердая воля строительства лом и скребок.
Абсурд!
Подождите. Он страстно мечтал увидеть Польшу в лесах
революционной стройки.
Передал по иностранному белому господину. Далее
|
| Хмельной ротмистр с налитыми |
Хмельной ротмистр, с налитыми кровью пьяными глазами, стал карабкаться
наверх.
Прикажите перенести убитого в его комнату, в левом флигеле. Они ее не получат.
Пришлось принять другое. Далее
|
| Боярский
технический редактор в
| Боярский
Технический редактор В.
Сквозь опутанную паутину слов, заглушая голос Парижа, ворвалась внезапно
Тулуза игривыми аккордами рояля:
. П'ан Тцяи куэй кинул взгляд
на зажатую в пальцах ассистента шейку разбитой пробирки со стекавшей еще
мутной белесой влагой, поднял глаза на белевшее перед ним лицо.. Далее
|
| 1927
книги сменялись |
1927.
Книги сменялись книгами; чем дальше, тем яснее. Изнутри кареты, из за отодвинутого стекла, лез белый душистый
человек со свирепым лицом, силясь перепрыгнуть на переднее сиденье.
Шел медленно, забыв о спешности поручения, мечтательно оглядываясь по
сторонам. Вопросы нашей общественной и политической жизни остались те
же, изменилась только их мера; сейчас мы должны решать их в другом,
уменьшенном масштабе. Счастливые обладатели тридцати сантимов могли
выпить у стойки стакан горячего черного кофе.
Он способен был понять все: рабочие волнуются, идут грудью навстречу
залпам полиции.
Подождите! Подождите! издали кричал кюре, размахивая в воздухе руками. К этому времени из за увольнения
нескольких главарей на четырнадцати фабриках мистера Давида Лингслея
вспыхнула забастовка.
На заводе стояла невыносимая жара, люди работали полуголые, обливаясь
потом..
Вдоль тенистых крутых берегов двигались с трудом, как водолазы в
прозрачном желе воды, оловянноногие люди под тяжелыми шлемами зонтов.
Нет? В таком случае она наскоро перекусит что нибудь с подругами.
П'ан Тцян куэй повесил трубку. Далее
|
| Спускаясь по лестнице к выходу |
Спускаясь по лестнице к выходу, П'ан столкнулся внезапно с одним из
ассистентов, маленьким пухлощеким японцем.
* * *
Наутро проснувшийся Париж в ужасе замер над мокрой простыней газеты.
А мать?
Тоже нет.
Атаковала озверелая солдатня. В борьбе за кусок хлеба на баррикадах
англо американской концессии лягут остатки и без того уже поределых рядов
парижского пролетариата. Учеников в эту обитель пускали,
начиная с шестого класса, да и то проникавших в нее легко было пересчитать
по пальцам: большинство из них пугала удручающая, беспросветная гуща
нагроможденных здесь книг. Возя знакомых и протягивая руку за чаевыми,
отворачивал лицо в сторону.
Париж лопнул вновь по широкому шву Сены, когда то наспех сшитому белыми
нитками мостов. Я повстречался с вами в
Нанкине в 1927 году.
Когда потребность непосредственного действия оказалась удовлетворенной и
энергия упала, как раскрутившийся волчок, мистер Давид Лингслей смог на
минуту взять слово и, взглянув через глаза сорокалетнего мужчины на
отражающееся в зеркале покрасневшее косматое тело, высказал мнение:
Я смешон. Далее
|
| вы слишком слабы чтобы
унести на | . Вы слишком слабы, чтобы
унести на своих плечах тяжесть ее наследства. Долго по ночам я искал какой то мостик от трудолюбивого студента
Сорбонны, горящего набожным восхищением, почти ревностной любовью к нашей
вековой культуре и знанию, складывающего на ее алтаре накрахмаленные
причудливые цветы своего восторга, до озверелого в своей ненависти
кровожадного китайца. Он стал подыскивать себе место на ночлег. Глухие вести с тыла. Последнее. Спрячьте их под блузой. Радиостанция у нас сейчас своя
имеется.
Равви Элеазар бен Цви и господин в очках в молчании склонили головы. К побоям привык с детства. Разберемся хладнокровно: умирают писатели, мыслители, артисты. Далее
|
| Из его руки оторванной вместе с | Из его руки, оторванной вместе с частью туловища, обильной
струей хлестала на палубу кровь.
После бурного разговора между дядей и племянником дело дошло до
окончательного разрыва.
Французская буржуазия не есть и не может быть исключением из этого
правила.
Где то сотнями метров выше в вечной неутомимой скачке мчатся белогривые
волны, черным плугом режут на метры вглубь наболевшую поверхность океана
корпуса громадных пароходов.
Ехали молча.
Прочитав книгу от доски до доски, сбегал к долговязому попросить другую.
Общим числом надо считать около пятисот человек. Управление вызвало воинские части. Далее
|
|
|
|