|
|
|
|
|
| В канцелярии у отца доминика |
В канцелярии у отца Доминика кричал, топая ногами:
Немедленно выкинуть!
П'ан слышал через стенку: отец Доминик извинялся.
Над улицами колыхались трехцветные флаги и бумажные фонарики. Стоит вам послать маленькую
телеграмму, чтобы крейсеры, стерегущие наши побережья на данном отрезке,
уехали на день куда нибудь на маневры.
Учился со рвением, залпом глотал книги: изучив, отбрасывал их, как шелуху. Работал, не уставая. Далее
|
| Да и время неподходящее вот видите | Да и время неподходящее. Вот видите, привез. Дело почти
исключительно в наших руках, мистер Лингслей. Как языки незримых колоколов, качались люди в размеренном движении,
и воздух, точно колокол, отвечал им стоном. Продавал марафет9.
От маленького мальчика, решившего прочесть подряд все книги в библиотеке
отцов лазаристов, осталась в наследство неутолимая жажда познать
решительно все, изучить все, овладеть до корней сложным аппаратом чужой
культуры.
49 Вооруженная деревенская сила на службе у местных властей, иногда у
помещиков. Видно, твердо уверены в силе своего
кордона.. Нет ни одного человека. На
возвышенности, на холмы Франции высыпали толпы французов взглянуть на
пожар. Уснул он
раньше, чем успел прижаться поудобнее к сырой облезлой стене. И в злой,
презрительной улыбке кривятся губы камло д'Эскарвилля. Далее
|
| А вы вместо того чтобы испробовать и | А вы, вместо того чтобы испробовать и эту возможность,
предпочитаете примириться с тем, что через неделю, когда вы были бы у себя
в Америке, в кругу семьи и друзей, вдали от зараженной Европы, вы будете
лежать здесь, даже не в земле, а так где то простой кучкой пепла, ибо в
загробную жизнь вы ведь не верите.
Равви Элеазар бен Цви выслушал отчет шамеса в молчании; насколько он
принял его близко к сердцу, видно уж было из того, что он не кончил
ужинать.
Русская монархия Пасси готовилась в этот день к приему большевиков,
выданных ей, наконец, правительством Бурбонской монархии.
Вплоть до одного весеннего дня.
Никто, впрочем, пока что не намеревался их атаковать. Отточить ненависть, как лезвие, не
притупилась бы.
Где теперь зеленый разлив цитрусовых, хлопка, винограда, персиков
превращает долину в земной рай, там Ясенский ехал, спугивая быстроногих
джейранов, и вся выжженная солнцем, потрескавшаяся земля кишела под
копытами коня мохнатыми пауками, гигантскими ящерицами варанами,
черепахами.
Страна в массе своей неграмотна, чиновники и учителя, духовные лица все
сбежали вслед за эмиром в Афганистан и Персию.
Вслед за первой подводой появилась вторая, третья, длинный обоз, белая
литания напевно кряхтящих подвод.. Далее
|
| Ну смотри
чтобы это было в | Ну, смотри,
чтобы это было в последний раз. Мы приехали за продовольствием для подыхающей с
голоду голытьбы Парижа.
XII
Влажные удушливые газы бурыми лондонскими туманами медленно расползались
над Европой. Китайский закон для белых не писан.
В типографии рабочей газеты ярко горело электричество, дребезжали
линотипы, и вымазанные наборщики, как мозолистые виртуозы, громыхали
пальцами по крохотным булыжникам клавиш..И сказал Моисей господу:
О господи! Человек я не речистый, и таков был и вчера, и третьего дня, и
когда ты начинал говорить с рабом твоим; я тяжело говорю и косноязычен.
Первое легкое смятение стало заметно около двенадцати часов ночи. П'ан Тцян куэй молча
уплатил по счету и встал из за стола. Далее
|
| Огненные буквы слов выписанных в | Огненные буквы слов, выписанных в воздухе
чьей то невидимой рукой. Другие даже не в отель на месте, в такси. В один миг оба
машинально хватаются за карманы, где обычно держат бумажники. Чем же,
товарищи, какими силами завладеем мы Парижем, когда чума в нем
прекратится? Надо, товарищи, беречь как зеницу ока каждую каплю
пролетарской крови, а не подсоблять чуме в ее работе. прозвенело издали. Уволенные рабочие попытались овладеть
фабриками силой. В большом
великолепном зале, где пол блестел, как лакированная крышка, сидел белый
господин из автомобиля, еще несколько белых и один толстопузый китаец,
мандарин или купец, в богато расшитом шелковом халате. Ночь.. Около восьми часов вечера за кем то посылали.
Несомненно, вы во многом правы, сказал он, взвешивая слова с
достоинством и сдержанностью прирожденного парламентария.
* * *
Когда поздно вечером машина мистера Давида Лингслея остановилась у
подъезда Гранд Отеля, в нижнем этаже, в кафе Де ля Пэ, визжал уже джаз, и
обреченные на смерть джентльмены с вытаращенными глазами, как гигантские
комары, облепили круглые столики, сося сквозь трубки соломинок красную
кровь коктейлей. Говорю с вами с палубы парохода. Знает: отбирать драгоценности, даже
у евреев, нельзя кража.
39 Растение, похожее на наше просо, но значительно больших размеров. Далее
|
| Оружия и амуниции отбывший из лиона | оружия и амуниции, отбывший из Лиона в. Я
кончил.
И протянутая рука Пьера корчилась, приподнятая с подушки голова медленно
входила в плечи, и через минуту на койке, втиснутой в примятую солому,
лежал не человек черепаха в тяжелой, непроницаемой скорлупе одиночества. Далее
|
|
вдали вправо и влево тянулась | .
Вдали, вправо и влево, тянулась белая черта демаркационной зоны,
освещенной прожекторами, словно раскаленная добела полоса железа. Куда же плывет эта несчастная страна? Долго ли плыть ей во мраке?
И выплывет ли она когда нибудь на вольный солнечный простор? Или же не
увидеть ей никогда долгожданного солнца, которое неуклюжим шаром вышивают
по ночам в тоске чахоточные работницы на белых знаменах гоминдана?
* * *
В Европу приехал насторожившийся, сосредоточенный, как некогда, будучи
мальчиком, когда заползал за костью в конуры злейших собак.
Пьер молча осторожно сунул футляр за пазуху. Далее
|
| Вечером украдкой сунули в каморку |
Вечером украдкой сунули в каморку миску с рисом и порядочный кусок пирога. Вот уж он
почти на углу.. Подстрекаемое польское правительство ответило непарламентарной
нотой.
Знакомыми улицами добрел П'ан Тцян куэй до Люксембургского сада,
превращенного в государственный крематорий. Платили мало, нельзя
было прокормиться. Далее
|
|
а что касается этих пятисот | .
А что касается этих пятисот евреев и их въезда в Америку, дунул ему
вслед вместе с облаком голубого дыма мистер Рамзай Марлингтон, так об
этом, пожалуйста, не беспокойтесь.
Через месяц П'ан обжился, привык.
Пьер не знал, что ему делать сидеть одному или уйти, но решил, что все
равно останется дежурить. В зале уже торчал
толстопузый. Сорокалетний
господин чувствовал что то черное, склизкое, облепляющее уже все его
члены, и рычал протяжно, как зверь, пока мистер Давид Лингслей не заткнул
ему рот рукой. Буксир, тяжело дыша, уже
почти лежа на боку, из последних сил тащил две баржи. Огонь черной спиральной пружиной дыма бил в небо, пока подожженное
небо, как горящая соломенная крыша, не рухнуло, покрывая город черной
косматой папахой. Опять такси
проклятое такси! загораживает дорогу.
Темы большей частью были одни и те же: сколько их привезут и каких
старых или молодых? Десятки фамилий передавались из уст в уста. Мистер Давид подумал о мягких шелковых подушках, холодных и
пушистых, в которые можно погрузиться, как в полусон. Кража? Остроумные
римляне во вражеской стране называли это: добывать фураж. Пьер напряг взор в надежде разглядеть среди них Жанету. Далее
|
| Произнес вполголоса японец узкими |
произнес вполголоса японец узкими, как то странно, не в лад словам,
подпрыгивающими губами, и губы эти затрепетали, упали, приникли к
костлявой огрубевшей руке П'ан Тцян куэя.
Да, да. На все время заразы евреи освобождаются от сидения шиве
по своим покойникам, равным образом как и от ритуального погребения их. По дороге ласково погладили по лицу. Надо изучить все,
познать все, что знают белые люди, и тогда все станет просто, понятно и
ясно. Отобрать богатства у всех
богатых и сделать всеобщим достоянием. Оглушили, как удар.
Пьер вскочил.
Перекочевал в восточные кварталы. Пьер слышал от
товарищей: во Франции, благодаря скверной конъюнктуре, люди перестали
покупать автомобили. С целью
избежать невыгодной для них уличной борьбы верные правительству войска, а
также полиция и жандармерия должны были, согласно плану генерального
штаба, эвакуировать город. На замке
красная каша. Равви Элеазар не будет юлить, как Моисей: "Господи, пошли
другого, кого можешь послать". Далее
|
| одну баржу
затопили сволочи | . Одну баржу
затопили, сволочи. Пройдя несколько
шагов, он наткнулся на удобное кресло у борта и грузно опустился в него. Гольдевберг
Сдано в набор 31/VII 1957 г Подписано к печати 13/IX 1957 г. Здоровые жители обязаны тотчас же доносить о каждом случае
заболевания. сухо сказал он.
Ребе в молчании покачивал головой, слушая ужасный отчет шамеса. Но дядя божился, что это
так, а не верить ему было нельзя видел все собственными глазами.
У меня явилась мысль!
Мэр торопливо побежал ему навстречу. Узнав о каждом новом ренегате, Соломин
только стискивал крепче зубы и презрительно отплевывался. Просто хороший, милый товарищ. Далее
|
| Результатом трехмесячной работы и |
Результатом трехмесячной работы и явилось мое первое прозаическое
произведение роман "Я жгу Париж". Здоровяк гладит
ее белое холодное тело, хрупкое и беспомощное..
Страннее домов, страннее вагонов были чудные экипажи, катящиеся по улицам
без рельсов, без лошадей, без рикши, при повороте не касающегося земли,
непонятного, торчащего в воздухе колеса. Задумался. Работать в этих условиях
было более чем трудно. Белые понятно, враги.. Далее
|
| Колотили долго с передышками |
Колотили долго, с передышками. Первые
несмелые вспышки глухие отдаленные раскаты надвигающейся грозы.
На первой странице большими буквами вырисовывались странные слова:
ПЛАН "ЗЕТ"
Странные слова передавались из уст в уста. Они спровоцировали польские войска
перешагнуть границу.
Где то далеко, за много много ли42, есть громадные, чудовищные города, где
белые люди живут в многоэтажных ящиках; в ящиках этих вверх и вниз мчатся
подвижные коробки, вскидывая жильцов в один момент на высочайший этаж. И Вася пружинным,
звонким шагом измеряет мост с выражением непоколебимой серьезности на
румяном, пухлом лице.
Денег наличными не имел. Протянул руку к полке и
взял книжку.
25 Шерстяной жилет.
Известия были тревожные. Далее
|
|
|
|